Ястребчак Владимир Валерьевич

преподаватель кафедры

теории и истории государства и права

ПГУ им. Т.Г. Шевченко

Проблема исполнения иностранных судебных решений в контексте защиты суверенитета самоопределившихся государств (на примере Приднестровья)

     Вопрос о возможности выполнения одним государством судебных решений другого государства или международных судебных инстанций на своей территории является весьма сложным, хотя на первый взгляд и имеет четкие правовые предпосылки для решения. Сложность обусловлена тем, что при его постановке неизбежно возникает проблема соотнесения государственного суверенитета с возможностью применения не просто иностранного права на территории иного государства, но и обеспечении иностранных правовых и процессуальных предписаний силой государственного принуждения.

    Основным способом преодоления такой дилеммы в международном и внутригосударственном праве считается договорно-правовой способ, т.е. регулирование всех аспектов исполнения решений иностранных судов в соответствующих международных договорах. Базовый инструмент – конвенции о правовой помощи и правовых отношениях по различным отраслям права. К примеру, в рамках СНГ особая роль принадлежит Минской конвенции о правовой помощи и правовых отношениях 1993 года, которая длительное время выступала одним из наиболее важных правовых инструментов интеграции на постсоветском пространстве.

    Вместе с тем, самоопределившиеся государства на постсоветском пространстве, и в частности Приднестровье, пока лишены полноценного доступа к соответствующим правовым инструментам. Вопрос о признании и исполнении иностранных судебных решений является одним из наиболее сложных в коммуникации этих государств с остальным миром, в первую очередь – в диалоге с властями Молдовы. Кишинев всячески избегает содержательных дискуссий по данной тематике, полагая, что это может привести к признанию приднестровской правосубъектности.

     Применительно к самоопределившимся государствам эта проблема имеет несколько измерений:

   1) отсутствие соглашений о взаимном признании и исполнении судебных решений между Республикой Молдова и Приднестровьем как сторонами конфликта. Приднестровская сторона неоднократно инициировала рассмотрение вопроса о взаимном признании и исполнении решений в сфере экономического правосудия, которые отклонялись молдавской стороной с мотивировкой о том, что судебная система на территории Молдовы устанавливается законодательными актами РМ и не предполагает существования иных судебных органов, помимо молдавских;

    2) отсутствие соглашений о взаимном признании и исполнении судебных решений между Приднестровьем и другими государствами (за исключением Абхазии и Южной Осетии). Актуальность этой ситуации очевидна исходя из тех сведений, которые есть у органов юстиции Приднестровья относительно правовых контактов Приднестровья с зарубежными странами. На данном этапе по-прежнему не удалось выйти на согласование приемлемых вариантов сотрудничества в данной сфере с профильными структурами России и Украины, хотя соответствующие предложения неоднократно направлялись приднестровской стороной в адрес российских и украинских коллег с предложением конкретных механизмов взаимодействия. И российские, и украинские

    3) отсутствие соглашений о признании и исполнении на территории Приднестровья решений международных судебных инстанций, в частности, Европейского суда по правам человека и иных органов международного правосудия. Несмотря на то что присоединились к европейской конвенции еще в 1992 году, вполне закономерно, что те или иные решения в Приднестровье не исполняются – хотя это имеет и обратный эффект, когда приднестровские граждане не могут защитить свои права на международном уровне.

     Ключевой проблемой является несоблюдение принципа взаимности другими государствами и международными организациями в отношении ПМР. Эта проблема имеет следующие составляющие: 1) невозможность исполнения приднестровских судебных решений за пределами ПМР. В итоге может происходить «игра в одни ворота», чреватая серьезным ущемлением прав и законных интересов ПМР; 2) отсутствие гарантий для полноценного участия приднестровских юридических лиц в зарубежных судебных процессах, прежде всего по формальным критериям.

      Неслучайно пока в Приднестровье установлен мораторий на исполнение иностранных судебных решений (с 1992 года). Первоначально он был установлен в отношении судебных решений РМ, затем – распространен на иные судебные решения. Вместе с тем, ответственность за исполнение иностранных решений несут исключительно банки, но не органы исполнения судебных решений. Фактически в нынешней ситуации конкретные запретительные меры в приднестровском законодательстве относительно исполнения иностранных судебных решений отсутствуют.

     На данный момент полноценные отношения в части исполнения зарубежных судебных решений у ПМР установлены с Республикой Абхазией и Южной Осетией. Между данными государствами 4 ноября 2007 года была подписана Конвенция о оказании правовой помощи по гражданским, семейным и уголовным делам. Установлены изъятия: в отношении решений, постановлений и пр. в отношении граждан ПМР, РА, РЮО третьими странами; уголовные дела, возбужденные в связи с защитой суверенитета, независимости и территориальной целостности республик третьими странами; уголовные дела по поводу действий против суверенитета третьих стран.

     Такая ситуация чревата вызовами для Приднестровья и его населения:

• невозможность полноценной защиты прав граждан Приднестровья за его пределами;
• невозможность полноценной защиты прав и законных интересов приднестровских хозяйствующих субъектов;
• невозможность полноценной защиты прав иностранных физических и юридических лиц на территории Приднестровья;
• возможные попытки политизации судебных решений и вынесение таких решений, которые будут строиться на формальных, а не содержательных аспектах, в частности, сомнения в статусе приднестровских компаний, а не в законности их требований. Вопрос политизации иностранных судебных решений является весьма актуальным и для Российской Федерации, которая постоянно сталкивается с политизированными решениями Европейского суда по правам человека. Тем не менее, российская сторона продолжает выполнение решений ЕСПЧ – в значительной мере благодаря тому, что у России есть как права, так и обязанности в отношении ЕСПЧ, т.е. отношения носят взаимный характер. Возможности ПМР в этой части более ограничены.

     Возможные направления для преодоления существующих проблем:

     Очень важно провести четкое разграничение между признанием и исполнением иностранных судов на территории ПМР!

    1. Заключение полноценных договоров о взаимном признании и исполнении судебных решений Приднестровья с иностранными государствами. Такой путь представляется наиболее перспективным, но одновременно и весьма проблематичным – по крайней мере, до окончательного урегулирования отношений между Приднестровьем и Молдовой. Тем не менее, отдельные договорно-правовые аспекты могут регламентироваться уже сейчас, к примеру, путем создания договоренностей о выполнении отдельных процессуальных поручений между судебными инстанциями РФ и высшими судебными инстанциями Приднестровья.

    2. Определение приднестровского права как права применимой стороны в контрактных обязательствах, а также приднестровских судебных инстанций в качестве места разрешения споров. Однако данный способ также затруднен в контексте возможности исполнения приднестровских судебных решений судами третьих государств в силу непризнанности Приднестровья.

    3. Ведение судопроизводства с участием иностранных лиц в приднестровских судебных инстанциях. В данном случае потребуется четкое решение вопроса о значении иностранных судебных решений, т.е. решить, будут ли эти решения иметь преюдициальное значение или же они должны рассматриваться и оцениваться наряду с иными доказательствами по делу. Представляется, что согласованное решение должны принять законодатели и практики, но число решений, осложненных именно таким иностранным элементом, будет, по-видимому, лишь увеличиваться.

    4. Одностороннее внесение в приднестровское законодательство положений, ставящих во главу угла не столько договорно-правовой способ регламентации исполнения иностранных судебных решений, сколько его важнейшую составляющую – принцип взаимности. Именно взаимность в исполнении судебных решений приднестровских судебных инстанций должна быть определяющим критерием для возможности исполнения иностранных решений в ПМР. Отчасти правовая практика уже шла именно этим путем – к примеру, Протоколом о взаимном признании документов, выданных компетентными органами сторон (РМ – ПМР, 16 мая 2001), предусматривалась необходимость поручить разработать и утвердить порядок признания судебных решений парламентами сторон, т.е., по-видимому, в рамках внутреннего законодательства.

    5. Возможности из соглашений с РА и РЮО. Приднестровская сторона могла бы активнее использовать потенциал сотрудничества с абхазскими и югоосетинскими судебными инстанциями, в т.ч. посредством достижения договоренности о реализации ими посреднических функций с правоприменительными органами третьих государств, которые признают независимость РА и РЮО, но пока не признают ПМР.